"В горах хватит места всем!"
О коммерческом и спортивном аутдоре:
Интервью с Максимом Фойгелем
"Курсанты российской школы идут к нам не за «билетом в лучшую жизнь», в первую очередь их интересуют знания".
Максим Фойгель - президент Ассоциации горных гидов России. Потому об актуальном положении вещей в кузнице горных кадров мы будем спрашивать его. В том числе о том, что это за специальность - "инструктор-проводник" и где в профессиональной цепочке находятся современные горные гиды АГГР. Пока что работы на рынке, по мнению Максима, хватает всем.
- Насколько насыщен в данный момент рынок услуг гидов России? Грозит ли ему перенасыщение или, наоборот, дефицит кадров?

Максим Фойгель: Я бы сказал, что рынок нуждается в хорошо подготовленных и квалифицированных гидах. Официальной статистики у нас на руках нет, но косвенные данные подтверждают тот факт, что число обращений к гидам и агентствам растёт. Если растёт рынок, то, скорее, можно говорить о возможном дефиците, чем о перенасыщении.


- За то время, что существует АГГР и Школа гидов России, каких реальных подвижек удалось достичь в развитии рынка?

Максим Фойгель: АГГР не занимается экономической составляющей профессии горного гида. Наша основная задача – выстроить качественное обучение в школе горных гидов, защищать и представлять интересы наших членов как в России, так и за её границами. Если говорить о том, что хотелось бы видеть у нас в стране, то это легализация профессии горного гида, создание ясной и чёткой картинки в глазах потребителя, кто же такой горный гид, что он должен уметь и знать в своей работе, реально работающую нормативно-правовую базу, которая защищает интересы как гида, так и потребителя. В общем все то, что есть, на пример, в Европе и пока отсутствует у нас.
- Какие вопросы находятся в процессе решения, а какие проблемы только предстоит начать решать?

Максим Фойгель: Сейчас у нас два основных поля деятельности. Первое, и, пожалуй, главное, это школа горных гидов. Здесь мы все еще ведомые нашими канадскими менторами. Нам нужны свои преподаватели, способные работать на высоком уровне стандарта IFMGA (Международное объединение ассоциации горных гидов), пока у нас таких слишком мало, что бы полностью проводить обучение своими силами. В этом конечно есть и свои плюсы, это реальный международный опыт, который наши курсанты получают из первых рук.

Второе – это формирование профессии «горный гид». Утвержденный в прошлом году проф. стандарт «инструктор-проводник» хоть и является шагом в нужном направлении, однако не означает, что мы достигли своей цели. Документ очень сырой и требует доработки. Представителей АГГР привлекали в качестве экспертов в работе на этим документом, но, к сожалению, не все наши рекомендации были учтены.

Конечно же, у нас много рутинной работы, неотъемлемой для общественной организации.
- В чём выражаются отличия российского рынка гидов от мирового и европейского – кроме экономической ситуации?

Максим Фойгель: Проще начать с экономической ситуации. Первое, что нужно учесть, это стоимость обучения до уровня полноценного горного гида. За рубежом она колеблется от 10 до 15 тыс. евро. У нас стоимость обучения составляет 7-9 тыс. евро. Стоимость обучения варьируется в зависимости от его продолжительности (например, если экзамен/-ы не удалось сдать с первого раза) и места проведения.

При этом средняя зарплата гида в Европе составляет 350 евро в день, у меня нет точных данных по Северной Америке и другим регионам, но думаю, что цены сопоставим с европейскими, в то время как в России зарплаты сильно ниже – 70-150 евро за один рабочий день.

При этом не понятна ситуация с гидами по альпинизму, у них в России одни из самых низких зарплат. Т.е., можно сказать, что при максимальной российской зарплате соотношение затрат на обучение и получаемому гонорару примерно одинаковое. Однако в реальности конечно же соотношение не в пользу российских гидов.

АГГР стремится снизить стоимость обучения за счёт привлечения российских преподавателей и оптимизации логистики проведения школы. Однако стоимость остается высокой из-за нестабильности российского рубля. Ведь расчёты с канадскими коллегами происходят в иностранной валюте.

Другие же отличая заключаются во взгляде на работу гида. В России традиционно альпинизм и лыжи развивались параллельно, не часто можно было встретить альпиниста, хорошо катающегося на лыжах, и наоборот. Практически же во всех других странах, где есть школы горных гидов, работающие по стандартам IFMGA, горный гид – это универсал, одинаково хорошо владеющий как лыжной техникой, так и альпинистскими навыками.

Именно поэтому мы взяли за основу канадскую модель, где лыжное и альпинистское направления не пересекаются. Однако если речь идёт о получении сертификата горного гида международного образца, необходимо закончить оба этих направления. Это справедливо для гидов как в Канаде, так и у нас. Есть еще ряд стран, практикующих раздельное обучение, но таких меньшинство.

Если ориентироваться на количество курсантов в лыжном направлении, то становится очевидным большой спрос на лыжных гидов в России. Вероятно, этим и объясняются более высокие зарплаты лыжников.

Ещё одно характерное отличие для наших гидов, как минимум гидов альпинистов, это специфическая работа в одном районе. Предположу, что не больше четверти из них практикуют работу в разных районах. Я не скажу, что это плохо, но это, наверное, типично для российских альпинистских гидов. У лыжников география работы всё же шире.
- Годы идут, собаки лают, караван идёт. Долгое время коммерческий альпинизм подвергался стигматизации. Можно ли уже спустя десятилетие (или два?) говорить о том, что аудитория повернулась лицом к людям, которые водят на маршруты путешественников, не связанных с горами тесными номенклатурными отношениями? Или пока рано?

Максим Фойгель: Если коротко, то да. Но, наверное, всё не так догматично, как это выражено в вопросе. Горы – это огромное пространство, где хватит места как любителям спортивного самостоятельного экстрима, так и тем, кто предпочитает нанимать горных гидов.


- В чём заключаются преимущества работы гидом в России?

Максим Фойгель: Преимущество по сравнению с кем или чем? Горный гид – это не просто профессия для зарабатывания денег, это некая философия жизни. Тут каждый сам себе найдёт множество преимуществ.


- А недостатки?

Максим Фойгель: И недостатки найдёт!
- Одна из идей критиков школы гидов заключается в том, что, получив гидскую корочку, наши курсанты рванут работать за границу, а остальные как ходили с местными «проводниками одной горы», так и продолжат это делать. Развей этот миф, пожалуйста.

Максим Фойгель: У меня полностью противоположное впечатление от общения с гидами. У многих есть интересные проекты на Кавказе, Камчатке, в Сибири. Интерес к скитуру, ледолазанию, восхождениям и скалам в России растет просто на глазах. Да и многие из тех гидов, кто работает за границей, выезжают туда со своими постоянными гостями из числа российских туристов.

Бросается в глаза, что курсанты российской школы идут к нам не за «билетом в лучшую жизнь», в первую очередь их интересуют знания. Это самая высокая оценка, которую можно дать нашим гидам. Они хотят совершенствоваться – это очень правильная мотивация!


- Принят ли на данный момент этический кодекс российских гидов? Можно ли с ним ознакомиться?

Максим Фойгель: Да, у нас принят кодекс горных гидов. Долгое время он существовал на уровне проекта. В прошлом году, на очередном собрании членов АГГР, был утвержден окончательный вариант. С ним можно ознакомиться на нашем официальном сайте.
- ЧП с участием курсантов российской школы гидов разбираются кем-либо? Кто выносит оценку действиям гида и что за этим следует?

Максим Фойгель: При АГГР создан технический комитет, в обязанности которого входит помимо прочего разбор НС и ЧП с участием наших членов. Оговорюсь сразу, что его функция не «карательная». Мы понимаем, что разобраться в случившимся непрофессионалу очень сложно. Технический комитет должен стать посредником между гидом, клиентом и государством в случаях, когда это необходимо.


- Сколько ЧП (серьёзные травмы с эвакуацией или случаи смерти) с участием клиентов курсантов школы гидов зафиксировано в этом году и в прошлом? Ведётся ли статистика?

Максим Фойгель: К счастью, ни одного. По крайне мере нами таких не зарегистрировано. Но к сожалению, ЧП случаются не только с клиентами, но и с гидами. В этом году случилась авария на Камчатке (серьёзно повредил позвоночник Виктор Захарин – прим. авт.). Это был первый подобный случай с момента образования Ассоциации.
- Уровень российской школы гидов по результатам весеннего экзамена? Чего не хватает российским курсантам до международного уровня?

Максим Фойгель: Им не хватает того же, чего не хватает и всем остальным курсантам во всех странах членах IFMGA — опыта и практики в работе. Уровень обучения в школе очень высок. Не всем удаётся сдать экзамены с первого раза, но тем, кто дошёл до конца, стесняться нечего. Но и после получения диплома предстоит ещё многому учиться. Это справедливо для всех выпускников как у нас, так и за рубежом.

Российская школа не уступает по уровню подготовки любой другой школе. Безусловно в каждой стране есть свои сильные стороны и особенности обучения. Ведь стандарт IFMGA – это не правила дорожного движения, это минимально допустимый уровень безопасности. Во многих странах требования намного жёстче минимального стандарта, Россия не исключение.
- Уровень российской школы гидов по результатам весеннего экзамена? Чего не хватает российским курсантам до международного уровня?

Максим Фойгель: Им не хватает того же, чего не хватает и всем остальным курсантам во всех странах членах IFMGA — опыта и практики в работе. Уровень обучения в школе очень высок. Не всем удаётся сдать экзамены с первого раза, но тем, кто дошёл до конца, стесняться нечего. Но и после получения диплома предстоит ещё многому учиться. Это справедливо для всех выпускников как у нас, так и за рубежом.

Российская школа не уступает по уровню подготовки любой другой школе. Безусловно в каждой стране есть свои сильные стороны и особенности обучения. Ведь стандарт IFMGA – это не правила дорожного движения, это минимально допустимый уровень безопасности. Во многих странах требования намного жёстче минимального стандарта, Россия не исключение.
- Когда в России, наконец, появится профессия горный гид?

Максим Фойгель: Юридически она существует с момента утверждения проф. стандарта «инструктор-проводник». Но процесс формирования нормативных документов растянется ещё на несколько лет. Бюрократический аппарат подчиняется своим законам и правилам, повлиять на которые мы, увы, не в силах.
Фото ©
Понравилось? Расскажи друзьям
Над проектом работали:
Елена Дмитренко – текст, вёрстка
Наталья Киселёва – продюссер
Наши герои:
Алекс Кузмицкий
Анна Ханкевич
Максим Фойгель
Павел Воробьёв
Екатерина Коровина
Виктор Афанасьев
Благодарим наших героев и их близких за предоставленные фотографии
Made on
Tilda